Работая над своим сайтом, я целыми днями блукала в сети и рассматривала разные маленькие йога клубы по всему миру. В Канаде, в Австралии, Штатах, Европе, — где я только не побывала. Тысячи разных, нишевых, уютных маленьких студий, каждая с какой-то своей приправой к йоге в виде саундхилинга, медитативных практик или спа.
Йога адаптировалась под фитнес-клубы и большие спортивные центры, она везде как рыба в воде. Но лучше, естественнее всего она чувствует себя в этих небольших йога студиях, где занятия длятся долго и включают обязательные и церемонные пранаяму и йога нидру. Тут она расправляет крылья, сочиняет, притягивает и в поисках универсальной жизненной энергии проникает в ум каждого ученика. У нее есть свои инструменты для того, чтобы мы почувствовали эту энергию, научились ее узнавать, ценить, беречь и самое главное — пользоваться ею.
Если бы в нашем городе было столько же студий, сколько в нем аптек, возможно, последние утратили бы свою популярность, и мы в этом смысле приблизились бы к странам, о которых я писала вначале.
А пока что такая пропорция продиктована временем, в котором мы живем. Которое не оставляет выбора для тех учителей, которые мечтали бы преподавать в своем собственном приватном центре йоги, но определенно знают, что этот бизнес не прокормит их семью.
Я никогда не решилась бы на это – превратить свой дом в трийога центр, если бы не сотни таких маленьких центров трийоги по всему миру. И если бы не ковид. Первые меня вдохновили, а второй вынудил: я больше не могла арендовать зал в большом клубе.
Этой весной исполнился ровно год, как все наши занятия проходят только в моем трийога центре. В арендованных залах нас помещалось очень много. Другое дело — в моем трийога центре. Десять человек — это максимум. Летом, когда мы практикуем в саду, нас может быть и больше, но ненамного.
Оказалось, что количество учеников на уроке загадочным образом влияет на то, в каком темпе и настроении он пройдет. Два абсолютно одинаковых потока в группе из двух-трех человек и в зале, заполненном учениками, проходят по-разному. С одной стороны, в малочисленной группе учитель может пойти в зал и заняться ассистированием, проверить правильность выстраивания поз, что-то подсказать, — занятие превращается в спонтанный мастер класс. В тоже время, заполненный зал генерирует коллективную энергию, от которой, в свою очередь, поступает целительный «ток» к каждому ученику. Это похоже на то, как мы нуждаемся в шеринге своих эмоций и впечатлений от прочтенной книги или путешествия, хотим рассказать кому-то, кто это поймет и разделит. Скорее всего, это то, что принято называть синергией.
Бесполезно уговаривать или агитировать заниматься йогой. Ее трудно или невозможно рекламировать. Она как вода, земля, огонь, воздух, эфир. Тот, кто улавливает это сходство, останется на коврике.
Почему же люди его однажды покидают? Наблюдая за этим явлением уже девятый год, я могу сделать несколько предположений.
Прежде всего, я вспоминаю, как сама я меняла учителей и системы йоги, пока не встретила трийогу и ее создателя Йогиню Калиджи. Это происходило по разным причинам, но почти всегда как следствие длинных пауз в занятиях. Конечно, учитель имеет огромное значение в йоге и, если обобщить мой ученический опыт, то мне не хватало ментального аспекта. Всего пары каких-то слов, ну хотя бы нескольких фраз, напутствий или историй, которые выходили бы за пределы хатхи и касались сознания. Однажды наш учитель йоги в одном из фитнес-клубов уехала на целую зиму в Индию к своему наставнику. Я помню, как я боялась пропустить первое занятие после ее возвращения, чтобы услышать, что она расскажет. Но она не сказала нам ни слова о своей поездке, и в самой практике тоже ничего не изменилось.
А кому-то может нравиться загадочность учителя, его немногословие. Тут, как и с системами йоги, все очень индивидуально.
Учитель и система йоги — это, пожалуй, самые основные ориентиры в выборе. Чтобы сделать осознанный выбор и найти свою систему, нужно попробовать несколько разных видов йоги.
Моя любимая группа тоже не стала исключением. Ученики, или, как их называют в трийоге, студенты, приходят и остаются или уходят, потом появляются новые, и это повторяется регулярно. В самом начале меня это огорчало, потому что казалось, что трийога — это совершенная наука и искусство йоги. Казалось, что, узнав ее, само наше тело не сможет отказаться от всех тех благ, которые она дарит. Но потом я вспомнила, как сама я несколько лет находилась в поиске и со временем поняла, что каждому из нас нужно что-то свое, индивидуальное.
Часто после больших перерывов на занятия возвращаются старые ученики и вместе с ними в зал возвращается их, и только их уникальная энергия. Она как будто узнает этот зал, энергии других студентов и мою. Тогда занятие становится похожим на встречи выпускников – над ним витает прошлое знание, которое соединяется с новой, никогда не постижимой до конца в своих открытиях, трийогой.
